Игра в бисер

Who's reading this book 2
Anton Kurcenko
Alexandr  Homyak
Who wants to read this book 68
Сергей Гарбуз
Раушан Заманов
Паппи-Хосэ Пуэнто
Ольга Гончарова
Недождій
Наташа Коваленко
Надя Григоренко
Н(и/е)кто
Мария Рыболова
Мария Благовещенская
Who finished reading this book 85
Яна Трункова
Юлия
Фёдор Канторин
Татьяна Старiцына
Сиена Б
Сергей Свистунов
Сергей Катков
Сергей Гудков
Руслан Сафаров
Павел Гастелло
Description

Перед вами – книга, без которой немыслима вся культура постмодернизма Европы – в литературе, в кино, в театре.
Что это – гениальный авангардистский роман, стилизованный под философию сюрреализма, или гениальное философское эссе, стилизованное под сюрреалистический роман? Пожалуй, теперь это и не важно.
Важно одно – идут годы и десятилетия, а изысканной, болезненной и эзотеричной «игре в бисер» по-прежнему нет конца. Ибо такова игра, в которую играют лучшие из людей…

Reviews ( 1 )
1 reviews You must be to post a review.
Every Friday we give gifts for the best reviews.
The winner is announced on the pages of ReadRate in social networks.
Алексей Зиневич

Книга - реально вынос мозга. Такого не встречал давно. Одно вступление - почти 10% от всей книги. Был вынужден отложить, просто устал читать где-то на 25%.

#
Quotes (5)
5 quotes You must be to post a quote.
– Ты сказал, – бросил он, – что знаешь средство сделать меня счастливей и веселее. Но ты даже не спрашиваешь, желаю ли я этого.
– Ну, – засмеялся Иозеф Кнехт, – если мы можем сделать человека счастливей и веселее, нам следует сделать это в любом случае, просит он нас о том или нет.
Свобода с этими профессиями сопряжена постольку, поскольку учащийся выбирает себе профессию сам. Это дает некую видимость свободы, хотя в большинстве случаев выбор делает не столько ученик, сколько его семья, и иной отец скорее откусит себе язык, чем действительно предоставит сыну свободный выбор. Но, может быть, это клевета; откажемся от этого довода! Свобода, значит, пусть остается, но она ограничивается одним-единственным актом выбора профессии. После этого свободе конец. Уже на студенческой скамье врач, юрист, техник втиснут в очень жесткий учебный курс, который заканчивается рядом экзаменов. Выдержав их, он получает свидетельство и может теперь, снова обладая кажущейся свободой, работать по своей профессии. Но тем самым он делается рабом низменных сил, он зависит от успеха, от денег, от своего честолюбия, от своей жажды славы, от своей угодности или неугодности людям. Он должен проходить через конкурсы, должен зарабатывать деньги, он участвует в беспощадной борьбе каст, семей, партий, газет. За это он получает свободу стать удачливым и состоятельным человеком и быть объектом ненависти неудачников или наоборот.
Запомни: можно быть строгим логиком или грамматиком и при этом быть полным фантазии и музыки. Можно быть музыкантом или заниматься игрой в бисер и при этом проявлять величайшую преданность закону и порядку. Человек, которого мы имеем в виду и который нам нужен, стать которым – наша цель, мог бы в любой день сменить свою науку или свое искусство на любые другие, у него в игре в бисер засверкала бы самая кристальная логика, а в грамматике – самая творческая фантазия. Такими и надо нам быть, надо, чтобы нас можно было в любой час поставить на другой пост и это не вызывало бы у нас ни сопротивления, ни смущения.
March 26, 2015
Каждый из нас лишь человек, лишь попытка, лишь нечто куда-то движущееся. Но двигаться он должен туда, где находится совершенство, он должен стремиться к центру, а не к периферии. Запомни: можно быть строгим логиком или грамматиком и при этом быть полным фантазии и музыки. Можно быть музыкантом или заниматься игрой в бисер и при этом проявлять величайшую преданность закону и порядку. Человек, которого мы имеем в виду и который нам нужен, стать которым – наша цель, мог бы в любой день сменить свою науку или свое искусство на любые другие, у него в игре в бисер засверкала бы самая кристальная логика, а в грамматике – самая творческая фантазия. Такими и надо нам быть, надо, чтобы нас можно было в любой час поставить на другой пост и это не вызывало бы у нас ни сопротивления, ни смущения.
July 22, 2017
«Мы считаем классическую музыку экстрактом и воплощением нашей культуры, потому что она – самый ясный, самый характерный, самый выразительный ее жест. В этой музыке мы владеем наследием античности и христианства, духом веселого и храброго благочестия, непревзойденной рыцарской нравственностью. Ведь, в конце концов, нравственность – это всякий классический жест культуры, это сжатый в жест образец человеческого поведения.
Who's reading this book 2
Anton Kurcenko
Alexandr  Homyak
Who wants to read this book 68
Сергей Гарбуз
Раушан Заманов
Паппи-Хосэ Пуэнто
Ольга Гончарова
Недождій
Наташа Коваленко
Надя Григоренко
Н(и/е)кто
Мария Рыболова
Мария Благовещенская
Who finished reading this book 85
Яна Трункова
Юлия
Фёдор Канторин
Татьяна Старiцына
Сиена Б
Сергей Свистунов
Сергей Катков
Сергей Гудков
Руслан Сафаров
Павел Гастелло
Users who like this book also like
Top