Описание

Евгений Водолазкин - прозаик, филолог. Автор. В России его называют "русским Умберто Эко", в Америке - после выхода "Лавра" на английском - "русским Маркесом". Ему же достаточно быть самим собой. Произведения Водолазкина переведены на многие иностранные языки. Новый роман лауреата премии "Большая книга", бестселлера "Лавр" и изящного historical fiction "Соловьев и Ларионов" Евгения Водолазкина "Авиатор" - яркое событие в литературе. Книга оценивается критиками как один самых ожидаемых русских романов 2016 года (по версии Forbes, Meduza и др.).
Герой романа "Авиатор" - человек в состоянии tabula rasa: очнувшись однажды на больничной койке, он понимает, что не знает про себя ровным счётом ничего - ни своего имени, ни кто он такой, ни где находится. В надежде восстановить историю своей жизни, он начинает записывать посетившие его воспоминания, отрывочные и хаотичные: Петербург начала ХХ века, дачное детство в Сиверской и Алуште, гимназия и первая любовь, революция 1917-го, влюбленность в авиацию, Соловки… Но откуда он так точно помнит детали быта, фразы, запахи, звуки того времени, если на календаре - 1999 год?..
На передней стороне переплета рисунок Михаила Шемякина, созданный специально для этого издания.

Отзывы ( 6 )
6 отзывов Чтобы добавить отзыв, вы должны .
Раз в месяц дарим подарки самому активному читателю.
Оставляйте больше отзывов, и мы наградим вас!
ReadRate
5 мая 2016 г.

«Авиатор» Евгения Водолазкина. Роман-вознесение

Одна из самых ожидаемых русских книг 2016 года. Рецензия ReadRate

После романа «Лавр» Евгения Водолазкина называли и «восходящей звездой», и «будущим классиком», и «русским Умберто Эко».

Кажется, новая книга «Авиатор» показала, что автору удалось выбраться из под лавины ярлыков и стать кем-то совершенно уникальным: филологом, сотрудником отдела древнерусской литературы Пушкинского дома, чувственным и чувствующим писателем Евгением Водолазкиным.

Вне жанров

Фантастический роман «Авиатор» совершенно не уживается в рамках традиционной или хотя бы привычной нам русской фантастики. Впрочем, поначалу этого не чувствуешь: главного героя Иннокентия Платонова, замороженного в ходе зверского эксперимента на Соловках в середине 1920-х неожиданно размораживают в самых что ни на есть 1990-х. Наблюдающий врач советует пациенту вести записи – память возвращается медленно и дневник поможет структурировать обрывки воспоминаний.

Платонов заводит дружбу с упомянутым врачом, покорно пишет дневники, пытаясь по крупицам собрать информацию о детстве, молодости, Соловках, знакомится с внучкой собственной возлюбленной, влюбляется по-новой и – в лучших традициях нового времени – рекламирует собой фабрику замороженных овощей.

Попутно Евгений Водолазкин с невероятной любовью описывает прошлую, призрачную жизнь давно утерянного Петербурга начала прошлого века. Старая дача, звуки конки и крики молочниц, деревянный стук от починки торцевой мостовой, взлёт первого аэроплана под восхищёнными взглядами ещё неискушенной, благодарной толпы…

Читая, в какой-то момент запоздало удивляешься тому, что от фантастики не осталось и дымки: описание переквалифицировалось в историческое, но совершенно нового, маленького, подробного толка. «Авиатор» пишет историю как инсектолог – сосредотачивая внимание на самом малом и, казалось бы, незначительном: звуках, запахах, чувствах, словечках и фразах навсегда ушедшей эпохи.

И этим Водолазкин совершает настоящее литературное чудо – влюбляет читателя в давно прошедшее, возможно, никогда не существовавшее в действительности время. Заставляет тосковать по затопленной Атлантиде, Золотому городу в небесах: по детскому бегу за воздушным змеем, растопленному самовару на дачной веранде, папиной бородке и очкам, странному уюту первой коммунальной квартиры, по тому, как бабушка читает вслух «Робинзона Крузо», когда болеешь...

...Между прочим, моя бабушка никогда не читала мне «Робинзона Крузо», но это не сделало мою «авиаторную» тоску легче.

До предела святости и злодейства

Водолазкин писал «Авиатора» на фоне серьёзного успеха «Обители» Захара Прилепина и в одном из интервью признавался, что в какой-то момент даже задумался о том, чтобы убрать из повествования части о Соловках. Но потом не смог – видимо, лагерная жизнь оказалась слишком важной для понимания Иннокентия Платонова, «Авиатора», времени, самого Водолазкина. Соловки автор называет местом, где и святость, и злодейство были доведены до предела. «Место, где сходятся метафизика света и метафизика тьмы».

И надо сказать, при всей откровенности описания, при всей жути и жёсткости именно лагерных сцен, есть в «Авиаторе» какая-то всепоглощающая, всесмягчающая надежда. Надежда на то, что как бы много выборов между плохим и хорошим не было предоставлено человеку в течение всей жизни, в конце концов он одумается и выберет хорошее.

Формулировка «роман-вознесение» навязчиво лезет в голову ещё по ходу чтения – авиационная тема, вечные облака, эфемерность неправдоподобного эксперимента, христианское смирение главного героя. Дочитываешь до финала и понимаешь, что вознесение состоялось. Только вот чьё – Платоновское или твоё собственное?

#
Вероника Войненкова

Абсолютный восторг

#
Валерий Энговатов
21 июля 2016 г.

Роман понравился тем, что фантастическая составляющая ушла на задний план, и появление размороженного героя через 74 года не представлено как картинка с дымящимися трубами фабрик и заводов, перекрещивающимися лучами прожекторов, дирижаблей и самолётов в небе. Всё спокойно, без пафоса, по-людски, с нежностью автора к своему персонажу. Читалось с удовольствием.

Платонов воспринимается как наш современник, но со своей философией, которая за счёт 74-летней заморозки осталась не искажённой постепенной идеологической обработкой. А идеологическим «противником» является доктор Гейгер, который, хотя и не прошёл Соловки, весьма критически оценивает настоящее.

Надо отдать автору должное, что он избежал идеологических споров между главными персонажами, но сумел в очень мягкой форме всё-таки дать определённую оценку прошлому и настоящему.

#
Kateryna Polan
29 ноября 2016 г.

Вторая прочитанная книга Водолазкина и я снова в восторге! Шикарный сюжет, живые герои и просто таки идеальный язык повествования. Мне даже жаль, что "Авиатор" дочитан, хотелось, чтобы Водолазкин продолжал, не останавливаясь.

Когда я говорю, что люблю современную русскую литературу, я имею ввиду именно такие книги. Растворяешься в них, окунаешься в историю, дышишь их воздухом и практически проживаешь сюжет.

Очень тронул главный герой, Иннокентий Платонов, задели сцены из лагерей, сцены личных размышлений о важности слов, чувств, сути и вообще выражения себя. Что-то глубоко осело во мне после этой книги, что-то невидимое в личном мироощущении. Ценность чувств, звуков, вдыхаемого воздуха и неба над головой в разы выросла, усилилась.

#
Дарина Лапаева
30 апреля 2017 г.

"Описания должны касаться чего-то такого, что не занимает место в истории, но остается в сердце навсегда."
Евгений Водолазкин "Авиатор"
Книга пронзительная, сильная. Закрываешь её и долго думаешь, думаешь... Обо всем: о своей жизни, жизни своих предков, современников и потомков.
Главный герой книги - Иннокентий Платонов, проснувшись в больнице, оказывается в 1999 году, хотя все его воспоминания связаны с началом XX века, да и помнит он, что ровесник века, ведь родился в 1900 году.
Первая часть книги - это дневник самого Платонова. Он пишет о том что вспоминает, о том, что происходит с ним сейчас. Пишет хаотично, ведь именно так возвращается к нему память.
Вторая часть - это слияние дневников Платонова, его врача Гейгера и возлюбленной Анастасии. Автор переплетает их, показывает разные взгляды на одни и те же события, а иногда и вовсе сливает в одну мысль.
А Петербург в романе, как некая связующая ниточка прошлого с реальностью.
О чем эта книга? О видении мира человеком, вернувшимся из прошлого. Меня поразило, что главный герой, а его словами и автор, делает упор на детали, на повседневность, практически игнорируя важные исторические события. Не сказать, что о них забыли, но они идут как бы неперегруженным фоном, давая простой, но важной повседневности центральное место в этом романе.
Язык повествования просто восхитительный. Богатый, красивый, насыщенный и интересный.
Финал "Авиатора" открытый. Ощущение, что автор оставляет за собой право вернуться к этой истории. Но будет ли возвращаться? Думаю, что нет. Всё что хотел - сказал. Но тем не менее именно такой финал дает нам, читателям, надежду.
Очень рекомендую прочитать эту книгу, может быть и не из-за сюжета даже, а из-за глубины и яркости языка.

#
Sergey Varlamov
1 января 2019 г.

По своей форме — это фантастический роман, однако состоит он исключительно из исторических зарисовок, выхватывающих картины России прошлого столетия разных лет. Тема личной трагедии человека в довоенном СССР раскрыта необычным образом. Постепенно осколочные воспоминания героя складываются в целостную картину. Понравился эффект сравнения событий и быта разных эпох. Сюжет развивается необычно, чем-то произведение Водолазкина напомнило «Цветы для Элджернона» Дэниела Киза, те же дневниковые записи и чем-то схожие судьбы героев.

Евгений Водолазкин мастерски владеет языком, передаёт временные языковые изменения. Несколькими предложениями он так описывает окружающую обстановку, что ты невольно погружаешься внутрь событий и можешь довольно ясно представить окружающую обстановку (которая, к слову, не всегда радужна и весела).

Стоит ли читать эту книгу: однозначно да. Книга читается легко и заставляет задуматься не только о прошлом, но и о настоящем, о ценностях, которые должны быть превыше всего. Эту книгу лучше читать, не разглядывая обложки и не читая аннотаций, так будет меньше спойлеров и больше удовольствия.

#
Цитаты (48)
48 цитат Чтобы добавить цитату, вы должны .
14 октября 2016 г.
Когда мы арбуз съели, остались ровные зеленые корки, очень красивые. Я не дал их выбросить и положил под крыльцо, чтобы ими впоследствии любоваться. На следующий день они потеряли свой глянец, а еще через пару дней сморщились. Я все-таки не давал их бросить в ведро, потому что помнил их красоту,
14 октября 2016 г.
действительность устает от воззваний и начинает из них испаряться. Остаются лишь фразы, которые используются совсем не так, как ожидалось.
23 октября 2016 г.
На утренней молитве просят Богородицу: “Избави мя от многих и лютых воспоминаний”, – и я прошу. Только мои провалы другой природы: временами я забываю, что́ минуту назад собирался делать.
А лютые воспоминания остаются.
23 октября 2016 г.
огромна была мысль о том, что прощаемся мы навсегда. Она не помещалась в голове и была страшна, потому что потеря всякого человека и всякой вещи является частью смерти. Которая есть потеря всего.
29 ноября 2017 г.

28.11.2017

Под ногами гравий, веточки кипариса, изредка – жуки и гусеницы. Этих беру в ладонь, и они делают вид, что умирают. Знаю, что хитрят, но, в свою очередь, делаю вид, что верю: осторожно кладу их на траву. Сколько раз впоследствии мне хотелось притвориться мертвым – чтобы меня вот так же положили на траву и больше не трогали. Так ведь не верили, ждали смерти всерьез.
30 ноября 2017 г.
Не было новых вещей – все ходили в старом. Был даже в этом какой-то шик – трудное время, любимая фраза той поры. Трудное время умей переживать: донашивай прежнее, а нового не надевай – даже если есть. Донашивали вдохновенно.
2 декабря 2017 г.
Смерть не нужно рассматривать как прощание навсегда. Она – временное расставание. – Помолчал. – У ушедшего вообще нет времени.
10 июля 2018 г.
Так сейчас танцуют? – показываю на экран.
– Ну да, – улыбается, – приблизительно так. Не нравится?
– Да нет, почему. Энергично…
Самое смешное, что так в любительском театре Сиверской изображали бесноватых. Их исцеляли, а они танцевали. Точнее, их танец указывал на необходимость исцеления.
10 июля 2018 г.
Она хотела сесть, но я удержал – положил на ее плечо ладонь. Четыре пальца легли на ночную рубашку, а пятый, самый ловкий, оказался за границей ворота. Мизинец. Касался ее кожи. В него переместились все мои органы чувств, и я стал одним сплошным мизинцем.
10 июля 2018 г.
Чувствуя, как с каждым часом воспаление расползается по горлу, испытывал счастье. У нас с Анастасией была одна болезнь на двоих. Теперь уже Анастасия приходила ко мне и, лежа рядом, читала мне вслух. Мы понимали, что происходящее между нами несколько вышло за рамки ухода за больным, но не говорили об этом и не пытались это назвать. Назовешь – спугнешь. Определишь – разрушишь. А нам хотелось сохранить.
10 июля 2018 г.
Всё очень просто. В каждом человеке есть дерьмо. Когда твое дерьмо входит в резонанс с дерьмом других, начинаются революции, войны, фашизм, коммунизм… И этот резонанс не связан с уровнем жизни или формой правления.
12 июля 2018 г.
. Вот как это так – нет? Как это может уйти с поверхности земли целый мир, целая жизнь с ее радостями, трагедиями, открытиями, иногда – ожиданием, иногда – скукой, стуком, там, дождя по пустым скамейкам, вихрями пыли на опустевшем летном поле? Где,
13 июля 2018 г.
При жизни человека ничего невозможного нет – невозможность наступает только со смертью. Да и то не обязательно. Воскресенье
13 июля 2018 г.
Были и запахи. Раздавленными клопами пахло. Немытыми телами – мы ведь работали ежедневно на износ, но почти не мылись. И всё это вместе сплеталось в общий запах отчаяния, цвет и звук отчаяния, потому что это только кажется, что они сокрыты в душе и недоступны органам чувств.
13 июля 2018 г.
Интересует меня самая мелкая повседневность, то, что современникам кажется само собой разумеющимся и не достойным внимания. Это сопровождает все события, а потом исчезает, никем не описанное – как будто всё происходило в вакууме.
15 июля 2018 г.
Вообще же, мудрость – это прежде всего опыт. Осмысленный опыт, конечно. Если осмысления нет, то все полученные синяки бесполезны.
19 июля 2018 г.
. Сейчас вдруг подумал, что это своего рода модель общественной жизни. Которая, если разобраться, не жизнь, а фантом. Погружение в нее небезопасно: очень даже может выясниться, что в этом бассейне не было воды. Жизнь, реальность – на уровне человеческой души, там корни всего плохого и хорошего. Всё решается прикосновением к душе. Этим занимается, наверное, только священник. Ну, может быть, еще художник – если получается.
19 июля 2018 г.
Мне кажется, что у людей состоявшихся есть особенность: они мало зависят от окружающих. Независимость, конечно, не цель, но она – то, что помогает достигать цели. Вот бежишь ты по жизни со слабой надеждой взлететь, и все смотрят на тебя с жалостью, в лучшем случае – с непониманием. Но ты – взлетаешь, и все они с высоты кажутся точками. Не потому что в мгновение так уменьшились, а потому что план сверху (лекции по основам рисунка) делает их точками – сотней обращенных к тебе точек-лиц. С открытыми, как представляется, ртами. А ты летишь в избранном тобой направлении и чертишь в эфире дорогие тебе фигуры.
19 июля 2018 г.
Если наука докажет мне, что Бог есть, что ж… – Не обольщайтесь. На самые важные вопросы наука ответить не смогла. И не сможет – ни на один. – Например? – Как всё возникло из ничего? Как появляется и куда уходит душа? Вопросов море – и все лежат за пределами науки.
19 июля 2018 г.
Но бывает удивительный момент, когда картина начинает благоухать. Потому что настоящее искусство – это выражение невыразимого, того, без чего жизнь неполна. Стремление к полноте выражения – это стремление к полноте истины.
16 марта 2019 г.
– Что такое дефолт? – спрашиваю.
– Прошлым летом деньги обесценились.
– И что же теперь делать?
– Меньше воровать, наверное. Только в России это невозможно.
Уже второй раз слышу от него про воровство. Но ведь всегда воровали – в тысяча девятьсот девяносто девятом, в тысяча восемьсот девяносто девятом, и во все прочие годы тоже. Почему же это его так задевает – потому что немец? Немцы, я думаю, в таких размерах этим не занимаются, им удивительно, что можно так беззаветно воровать. Нам тоже удивительно, но – воруем.
18 марта 2019 г.
Развил целую теорию, согласно которой стремление к новому в человеке уступает привязанности к старому. Особенно ярко это выражено будто бы в детях, которые всегда охотнее перечитывают, чем читают.
18 марта 2019 г.
Ну, какое описание может передать круглосуточный холод? Или голод? Всякий рассказ подразумевает законченное событие, а здесь – страшная бесконечность. Не можешь согреться час, другой, третий, десятый. И ведь ни к холоду, ни к голоду невозможно привыкнуть. Обитатели второго этажа штрафизолятора босиком, в одних кальсонах, сидят на жердочках. Помещение не отапливается. Говорить запрещено, шевелиться запрещено. Лавки высокие, и ноги до полу не достают. Через несколько часов они до того опухают, что встать на них невозможно. Пытка длится, длится, и эта длительность убивает. Как эту пытку опишешь? О
19 марта 2019 г.
Вообще же, мудрость – это прежде всего опыт. Осмысленный опыт, конечно. Если осмысления нет, то все полученные синяки бесполезны.
22 марта 2019 г.
Еда, прямо скажем, не из “Метрополя”. Вот я думаю: здешние повара ведь не добиваются специально, чтобы обед был таким невкусным, верно? Просто не кладут в него чего-то предусмотренного, проще говоря – воруют. Наши люди. Ничего не могут с собой поделать.
22 марта 2019 г.
Спорили с ним вчера полночи о преимуществах демократии. Я эти преимущества и без него вижу. Где-то они, может быть, естественны и уместны, а у нас вот никак не могут проявиться. На исторической родине Гейгера, например, могут, а у нас – нет.
Я думаю, всё дело в личной ответственности. Лич-ной. Персональной. Когда ее нет, нужны какие-то внешние меры воздействия. Если у человека, например, проблемы с позвоночником, на него надевают корсет, вещь довольно жесткую. Но она держит тело тогда, когда его не держит позвоночник. Именно так Гейгеру и скажу. Приводил ему морской пример, а теперь приведу медицинский.
23 марта 2019 г.
Я позже в жизни наблюдал, что одинокие люди чувствуют тоньше и приближение перемен замечают раньше других. Так вот, эта туча въехала в солнечное великолепие со всем своим набором – дождем, молниями, громом и даже градом. Градом, как принято говорить, с голубиное яйцо. Может, и с голубиное. Я этих яиц не видел, но град был действительно крупным. Он так барабанил по доскам, что они, думалось мне, долго не выдержат.
23 марта 2019 г.
Но зачем стучал Зарецкий – из принципиальных соображений? Так ведь не было у него принципов (и соображений, подозреваю, тоже). Деньги? Да никто их ему не давал. Он ведь и сам мне по пьяни сказал, что не знает, отчего стучал. А я знаю: от переизбытка дерьма в организме. Оно, это дерьмо, росло в нем и ждало общественных условий, чтобы выплеснуться. Вот и дождалось.
23 марта 2019 г.
Мне кажется, что у людей состоявшихся есть особенность: они мало зависят от окружающих. Независимость, конечно, не цель, но она – то, что помогает достигать цели. Вот бежишь ты по жизни со слабой надеждой взлететь, и все смотрят на тебя с жалостью, в лучшем случае – с непониманием. Но ты – взлетаешь, и все они с высоты кажутся точками.
23 марта 2019 г.
Да, у каждого человека свои особенные воспоминания, но есть ведь вещи, которые переживаются и вспоминаются одинаково. Политика, история, литература – они воспринимаются, да, по-разному. Но шум дождя, ночной шелест листьев – и миллион других вещей – всё это нас объединяет.
23 марта 2019 г.
Смерть в лагере казалась выходом, а сейчас она кажется уходом. Уходом от тех, кого люблю. От того, что люблю. От моих воспоминаний, которые вот уже столько месяцев записываю.
23 марта 2019 г.
Перед лицом смерти деньги и известность ничего не значат – это так очевидно. Пугает расставание с близким человеком – смешной моей Настей, которую, как мне теперь кажется, знал всю жизнь.
Книгу планируют прочесть 23
Ринат Саитов
полина коробова
Наталия Савченко
Кэт Миняева
Козак Пелех
Вова Довбыш
Виктор Егоров
Вадим Зубов
Антонина
Анна Бабяшкина
Книгу прочитали 53
Юрий Капатков
Юлия Новикова
Юлия Корзун
Юлия Гончар
Татьяна Холопова
Татьяна Демидова
Татьяна Груша
Станислав Стасон
Станислав Евгеньевич
Сём Сёмыч
Тем, кому нравится эта книга, также понравилось

Топ