Старый молот

Дни сменяли друг друга, как поломанный калейдоскоп – милая детская игрушка, словно в страшном фильме: как ни крути её, показывало всегда черное

Видимо, так радуются живые среди мертвых – радуясь настоящей неопределенности своего положения перед печальной определенностью окружающих

Единожды вступив под солнце, более нет желания укрыться в тени

Как бы ты ни грел лед, он просто исчезнет, но никогда не станет теплым

У нее была не одна голова, а сразу несколько разом: первая — усмехающаяся, с безумной улыбкой и блуждающими глазами; вторая — холодная и отстраненная, с навеки сомкнутыми устами и пустым взглядом, смотрящим сквозь; третья — со злым, жестоким и искривленным лицом, обнажающим стаю острых зубов; четвертая — вся в слезах, умоляющая и молящая о пощаде; пятая — с подмигивающими бровями, шаловливыми глазами, пытающимися заглянуть под одежду, и жадным язычком, скользящим по губам; шестая — с требовательным взглядом, закатывающимися глазами и вечно недовольным ртом, источающим презрение; седьмая — спокойная, улыбчивая и даже милая, но никогда не отводящая взгляда и не смыкающая очи