Все, кто читал «Дом, в котором...» Мариам Петросян, либо влюблялись в него без остатка, либо оставались в полном недоумении: «А что, собственно, это было?» Сама же писательница, как только опубликовала книгу, рассталась с пагубной зависимостью и дала свободу и себе, и собственному творению.
На страницах романа описаны события в закрытом интернате, где воспитываются дети-инвалиды. Обитатели в его стенах живут по собственным законам и правилам. Они, разумеется, не доверяют взрослым да и вообще миру за пределами их пристанища, который называют Наружностью. Дети с виду совершенно обыкновенные: говорят о книжках и музыке, влюбляются и ругаются между собой. Но иногда читатель становится свидетелем вещей действительно необъяснимых. То промелькнёт странный ритуал, то прозвучит жуткое пророчество.
Мариам работала над текстом почти 20 лет, но с долгими перерывами. По словам автора, будь это непрерывный процесс, книга потянула бы на пятитомник. Для писательницы придумывать Дом и его воспитанников стало способом занять себя.
«И мне сложно сказать, как бы всё это было, если бы у меня не было этой книги. На самом деле было бы то же самое, только намного скучнее. Потому что всегда интересно иметь какое-то личное занятие. То, чем можно отвлечься, пока ты моешь посуду. Каждой женщине хорошо бы иметь что-то такое собственное, тогда посуда легче моется».
Однажды невинное писательское хобби постепенно превратилось чуть ли не в болезнь. Рукопись постоянно переписывалась (как-то раз от предыдущего варианта осталась нетронутой лишь одна глава). Мариам возвращалась к тексту и с маниакальной одержимостью правила его. Как оказалось, единственный способ излечиться – опубликовать произведение. И путь в этому был тоже непростым. Окольными путями отрывки рукописи попали к Шаши Мартыновой, главному редактору издательства «Гаятри». Сначала они ходили по рукам друзей и знакомых, а потом уже дошли до их родственников и приятелей. У одного такого случайного читателя книга пролежала в столе целых 10 лет. Именно этот неподписанный экземляр чудом дошёл до Мартыновой. Ей пришлось пройти тот ещё квест: отыскать автора, идя по цепочке временных пристанищ этих записей. Но в итоге в 2007 году издательству удалось найти Петросян, ничего не подозревающую о масштабах странствий «Дома».
«Когда предложили издать, я подумала, во-первых, что закончу её, а во-вторых, перестану её менять».
С момента публикации в 2009-м писательница вообще избегала заглядывать под обложку. Ведь руки так и тянулись взять и вновь что-то исправить. И это неудивительно. В финальной версии многие линии в конце остались оборванными или забытыми. Ещё и атмосфера напоминала мрачную версию «Гарри Поттера». Однако ни многочисленные недосказанности, ни откровенно странный выбор сеттинга не помешали роману поселиться в читательских сердцах. Даже сейчас «Дом, в котором...» удерживают в списках бестселлеров именно любовь и творческие проекты фанатов в Сети.
Подобная мрачная и недетская атмосфера всё чаще появляется в литературе. Например, дебют американца Ренсома Риггза «Дом странных детей» (2012) очень схож с произведением Петросян. По его мотивам есть фильм, снятый Тимом Бёртоном. А вот фанатам Мариам подобного счастья не светит. Дело в том, что автор резко против экранизации собственного детища. По её мнению, часть заложенного в произведение смысла при этом попросту исчезнет. Для Петросян важно, чтобы человек проваливался в сюжет и забывал о том, что персонажи – инвалиды. Экран же неизбежно будет подсвечивать этот факт.
Если понравится книга «Дом, в котором...», обязательно захочется прочесть похожие на неё произведения, собранные в нашем материале.
Комментарии