– Думаете, цивилизация рухнет?
– Не сомневаюсь, зная наших граждан, в последнем нет ни малейшего сомнения. Вашингтонские ставленники, которые работали у нас последнее время президентами, под наши восторженные вопли построили общество всеобщей ненависти. Мы все ненавидим чиновников, чиновники считают нас скотом, менты ненавидят нас, мы ненавидим ментов, МЧС и журналистов. Славяне ненавидят мусульманский Кавказ, который, в свою очередь, ненавидит всех вокруг. Как там в Писании: «Всякое царство, разделившееся само в себе, опустеет, и всякий город или дом, разделившийся сам в себе, не устоит». Мы давно разделены, деньгами, религией, национальностью, социальным статусом, хотя по закону мы типа все равны.

Думаете, цивилизация рухнет?
– Не сомневаюсь, зная наших граждан, в последнем нет ни малейшего сомнения. Вашингтонские ставленники, которые работали у нас последнее время президентами, под наши восторженные вопли построили общество всеобщей ненависти. Мы все ненавидим чиновников, чиновники считают нас скотом, менты ненавидят нас, мы ненавидим ментов, МЧС и журналистов. Славяне ненавидят мусульманский Кавказ, который, в свою очередь, ненавидит всех вокруг. Как там в Писании: «Всякое царство, разделившееся само в себе, опустеет, и всякий город или дом, разделившийся сам в себе, не устоит». Мы давно разделены, деньгами, религией, национальностью, социальным статусом, хотя по закону мы типа все равны.

Я так устал от боли, которую слышу и чувствую, босс. Я устал от дорог, устал быть один, как дрозд под дождем. Устал от того, что никогда ни с кем мне не разделить компанию и не сказать, куда и зачем мы идем. Я устал от ненависти людей друг к другу. Она похожа на осколки стекла в мозгу. Я устал от того, что столько раз хотел помочь и не мог. Я устал от темноты. Но больше всего от боли. Ее слишком много. Если бы я мог сам со всем покончить! Но я не могу.

Если у мужчины хорошая жена, он счастливейшее из созданий Божьих, а если такой жены нет, мне его жаль, единственное утешение состоит в том, что он не знает, сколь жалка такая жизнь.

Раки романтики. Даже идеалисты! Верны до гроба и Держатся за свою любовь так крепко, что оторвать их у нее можно только вместе с клешней.

К сожалению, все хорошее мы осознаем только с опозданием. Живем в тоске по прошлому и в страхе перед будущим. Где угодно, только не в настоящем.

Память — лучший фальсификатор на свете; все, через что человеку случилось пройти, она с легкостью превращает в увлекательные приключения; иначе не начинались бы все новые войны.

Бедный? — не согласился Мойков. — Почему? У него есть то, чего у него нет, но что он хотел бы заполучить.
— И то, что остается с тобой навсегда, верно?
— Беден тот, кто уже ничего не хочет. Не хотите ли, кстати выпить рюмочку, от которой недавно отказались?

«Я думал, что уже объяснил это, – сказал он терпеливо, – Если вы не получаете того, что хотите, вы страдаете. Если вы получаете то, чего не хотите, вы страдаете. И даже если вы получаете в точности то, чего вы хотите, вы, все равно, страдаете, потому что вы не можете удержать это навечно.

Нормально – это когда мы занимаемся тем, что любим и получаем за это справедливую оплату. Вот так должно быть.